Читаем без скачивания За семью печатями [Миллион в портфеле] - Иоанна Хмелевская

Откуда-то из темноты отозвался Тадеуш:

— Можно все делать одновременно. Холера!

Разорвавший ночную тишину громкий треск свидетельствовал, что парень влез в кучу хвороста. И тем самым дал сигнал к началу операции.

Продолжил Карпинский. Споткнувшись о жестяную лейку, он поддел её ногой, и лейка с хорошим грохотом влетела прямо в тачку. Эльжбете под руку попался какой-то обломок доски, и она запустила им в дверь дома, вернее, в то место, где, по её расчётам, должна быть дверь. Как ни странно, не промахнулась.

Тадик, как-то незаметно взявший на себя руководство нападением, остался недоволен.

— Ну-ну, не слишком усердствуйте. Бандитам не обязательно быть вдребадан пьяными, как-никак шли на дело. И начали они с подвального окна, мы же все обсудили. Через него легче всего проникнуть в дом. В двери они не полезут, изнутри засов, против него никакая отмычка не поможет.

— Ты прав, просто жутко жарко в этой чёрной маске, ничего не соображаешь, — пожаловалась Кристина и, нащупав окошечко над самой землёй, спросила главаря банды:

— Ну что, разбиваем?

— Разбиваем, проше пани, почему не разбить?

Стекло все равно не вылетит, оно же армированное.

Крепкое. Чем бить-то собираетесь?

— Вот я тут обнаружил что-то подходящее, — отозвался из темноты Карпинский. — Понятия не имею, что такое, но тяжёлое!

И он ощупью передал Кристине деревянный огородный башмак пани Богуславы. Послушная воле руководства, Кристина стукнула им по маленькому окошечку над самой землёй. Стекло треснуло, но не выпало, его удерживала сетка из тоненькой проволочки. Кристина стукнула сильнее, и на этот раз удалось отбить порядочный кусок, о чем взломщики сразу же узнали — стекло забренчало по каменному полу подвала.

— И тут не мешало бы заменить стекла на новые, — со знанием дела прокомментировал Тадеуш.

Эльжбета разозлилась:

— Оглохла она, что ли? Мы стараемся, вон какой шум подняли, а ей хоть бы хны! Может, ещё в трубу потрубить?

Предводитель банды проявил заботу о подчинённых:

— Теперь надо действовать поосторожнее, она может врубить наружное освещение, лампочка над входной дверью включается изнутри. И увидит нас!

— Хенек, будь внимателен! — дёрнула мужа за рукав Кристина. — Маска у тебя в порядке?

Хенрик послушно поправил натянутые на лицо чёрные колготки любимой женщины.

Меж тем в доме никто не отреагировал на звон и грохот, поднятый взломщиками.

Подумав, Тадик принялся ломать замок входной двери, ведь грабители могли и не знать о наличии внутреннего засова, причём старался производить как можно больше шума и нанести замку как можно меньше ущерба — самому же потом чинить. Остальные члены банды методично разбивали одно за другим окошки в полуподвальном помещении, двигаясь вокруг дома и стараясь разбивать аккуратно.

Не знали преступники, что Богуся всегда спала без задних ног. То же можно сказать и о её сыне, но вот дочка проснулась. Сначала не поняла, в чем дело, потом испугалась, поняв, а затем решилась выглянуть в окно — интересно все-таки. И выглянула.

Девочка увидела на садовом крылечке какую-то ужасную чёрную фигуру. Фигура дёргалась, подпрыгивала и страшно скрежетала. А две другие страшные фигуры с бесформенными чёрными головами крались у самой стены и били стекла в подвальных окнах, явно намереваясь проникнуть в дом и всех их поубивать. Появления четвёртой страшной фигуры Агатка не стала дожидаться.

Одним кенгуриным прыжком бедная девчонка оказалась в постели и, свернувшись клубочком, натянула на голову одеяло. Не кричала она лишь потому, что от страха лишилась голоса, вот как бывает в кошмарном сне. Агатке было всего десять лет, но она сразу поняла, что за силуэты крутились у их дома, недаром насмотрелась столько страшилок по телевизору. Это могли быть и бандиты, и пришельцы, и изуверы-маньяки, да мало ли ещё кто! С дико колотящимся сердцем ожидала бедняжка неминуемого конца. А мать и брат спят без задних ног, ничто их не разбудит, хоть из пушки стреляй…

Тадеуш в садике потерял терпение.

— Что за холера, ведь приди сюда настоящие грабители, запросто бы в дом проникли! — злился он. — Долго нам ещё стараться?

— А вдруг мегера именно в этот момент потихоньку звонит в полицию? — выдвинула предположение Кристина.

— А те тоже потихоньку подъедут, не включая сирены? — встревожился предводитель банды. — Смываемся! По пути я, пожалуй, обработаю дверь сарая, вы же, пан Хенрик, постойте на шухере у калитки. Если услышите шум мотора, дайте знать.

Сделав своё чёрное дело, члены банды один за другим просочились через щель в заборе и, срывая с лиц чёрные маски, устремились к припаркованному на соседней улице автомобилю Карпинского. На дело решили ехать в этой машине, нечего Тадеушу рисковать.

— А тебе нет смысла сейчас возвращаться к себе на край города, — милосердно заявила Кристина, когда взломщики подъехали к своему дому. — Третий час! Переночуешь у нас.

— Правильно! — поддержал жену хозяин квартиры. — В гостиной на диване, он такой удобный…

А пижаму я тебе свою одолжу. И утром можешь воспользоваться моей бритвой.

— Постельного белья у нас хватит, — добавила Эльжбета. — И полотенец тоже.

Её слово решило дело. Тадеуш с благодарностью принял предложение. Ещё бы, уже с полчаса ему не давала покоя мысль о Боженке, которая наверняка поджидает его с намерением учинить грандиозный скандал, а уж теперь он вряд ли воспримет его так спокойно, как предыдущий. Парень чуть было не пожалел, что так рано закончили крушить отцовский дом, хорошо бы до утра задержаться. Ну да теперь проблема с ночлегом отпала.

Наутро, едва рассвело, Агатка бросилась к матери с сенсационным сообщением:

— Мамуля, тут ночью бандиты крутились!

Невзирая на пережитый страх, она, видимо, все-таки задремала под одеялом, едва не задохнулась и проснулась чуть свет. Мать, однако, уже была в кухне.

И конечно, не поверила.

— Не морочь мне голову. Садись, завтрак готов.

Должно быть, приснилось тебе.

— Да ничего не приснилось, — обиделась девочка, — я все видела. В садике крутились, окошки подвальные разбивали, пытались входную дверь открыть, чтобы всех нас поубивать.

Мать разгневалась:

— Больше не будешь у телевизора день-деньской сидеть. Бандиты ей мерещатся! С чего это бандитам к нам ломиться? Они богатеньких грабят.

Тут в кухню вошёл Стась, уже умытый и очень голодный. Услышав слово «бандиты», он без особого интереса спросил:

— О каких бандитах речь?

— О наших, — пояснила сестрёнка. — Ночью пришли нас грабить, а мама не верит. И меня ругает. А я сама видела, как стекла в погребе били и заднюю дверь хотели открыть. И нас всех поубивать!

Брат поморщился:

— Совсем обалдела! Меньше смотри телевизор.

— Ну вот, и ты туда же! А я видела! Видела!

Собственными глазами! И собственными ушами! То есть слышала собственными ушами, как в дом лезли!

— Тогда почему меня не разбудила? — равнодушно отозвался брат и набросился на завтрак, прекратив дальнейшие расспросы.

Пани Богуслава сухо заметила:

— И ты ешь, а то все остынет. Никаких бандитов я не слышала, а она, видите ли, слышала! Перестань морочить мне голову!

Садясь за стол и беря в руки вилку, девочка ответила брату:

— Так я же испугалась! Знаешь, как испугалась, вся дрожмя дрожала. Надеялась, вы сами проснётесь.

А вы с мамулей спите и спите. А сейчас можешь пойти и поглядеть — подвальные окна наверняка вдребезги. Я же слышала…

— Последний раз говорю — ешь и не морочь голову! — разгневалась мать. — И чтобы больше никаких телефильмов с бандитами…

— Вот видишь, идиотка, чего ты добилась? — с полным ртом упрекнул Стась сестру.

— От идиота слышу, — не осталась в долгу Агатка. — Сам увидишь!

— Ладно, увижу. Дай хоть поесть.

Позавтракав, Стась очень неохотно отправился осматривать место преступления. Бандиты, видите ли, в их дом ломились! Навыдумывала с три короба.

Слишком это замечательно, чтобы быть правдой. И, не веря своим глазам, убедился — точно! Вон, стекла разбиты, следы под окнами, замок задней двери покорябанный…

Под натиском теперь уже двоих своих отпрысков пани Богуслава вынуждена была преодолеть скепсис и выйти во двор. И тоже не поверила собственным глазам при виде учинённого злоумышленниками разгрома. Сын её добил. В полном восторге Стась метался по двору, выискивая все новые следы пребывания здесь ночью преступников и тыча мать носом в эти следы.

— О, вот ещё! Видите? Замок! А зачем им замок? Начали было ломать, убедились — изнутри засов, и бросили. А стекло в окошках! Глядите, все не разбилось, только кусочки отскочили. Помните, отец нам говорил: «Армированное стекло — это вещь, на сто лет хватит»? И точно, уж они тут разбойничали, глядите, все окна поразбивали, а толку чуть! Прикольно, пацаны обо… то есть обзавидуются! А окно в гараже почему-то не тронули, времени небось не хватило… Где Агатка? Ты, слушай, во сколько ты проснулась?